Королева Елизавета II отреагировала на смерть принца Филиппа странной неточностью

Вокруг смерти супруга Елизаветы II, герцога Эдинбургского Филиппа (Глюксбург-Маунтбеттена), возникло какое-то неожиданно мощное информационное завихрение.

Казалось бы, человек скончался на 100-м году жизни, последние годы фактически проведя на больничной койке, — какие тут могут быть вопросы? Но в том-то и дело, что скончался не просто человек, а, можно сказать, вторая половина правящей вот уже 70-й год королевы Соединенного Королевства. А заодно — главы крупнейшего геополитического актора современности, Содружества наций, бывшей Британской империи. 54 государства, более 2,5 млрд человек населения — над этим «хозяйством», как и в начале ХХ века, никогда не заходит солнце.

Поэтому уход из жизни принца Филиппа воспринят прежде всего как напоминание о том, что и сама Елизавета II, при всем ее уникальном долгожительстве, — смертный человек, готовящийся 21 апреля отпраздновать свое 95-летие.

Масла в огонь подливает и то обстоятельство, что официальное сообщение по этому поводу выглядит, мягко говоря, странно. В нем говорилось буквально следующее:

«С глубокой скорбью Ее Величество королева объявляет о смерти своего любимого супруга, Его Королевского Высочества принца Филиппа, герцога Эдинбургского.

Его королевское высочество мирно скончался сегодня утром в Виндзорском замке.

Дальнейшие объявления будут сделаны в свое время.

Королевская семья вместе с людьми по всему миру скорбит о его потере».

Как можно видеть, ничего не говорится о причине кончины, а акцент сделан не на самом факте смерти, а на том, что об этом объявила Елизавета II.

Королева Елизавета II отреагировала на смерть принца Филиппа странной неточностью

Кроме того, впоследствии появилась информация, что смерть принца Филиппа наступила «ровно в полдень» 9 апреля. Это, конечно, можно посчитать и «тоже утром», особенно учитывая разницу в определении структуры суток английским и русским языком. Но некий диссонанс между сообщениями все же присутствует.

Все тайны британского двора мало кому известны, но его нравы и общая картина вполне переданы словами Уинстона Черчилля, хорошо с ними знакомого и давшего их в проекции на Кремль сталинского времени: «Схватка бульдогов под ковром, из-под которого иногда вылетают трупы».

Насчет трупов здесь — ничуть не преувеличение. Правда, в королевской семье, как правило, обходятся без публичных судов над «врагами народа» и без массовых «чисток» с репрессиями. Но вот с памятной всем принцессой Дианой без трупов не обошлось. Не говоря уже про фигуры помельче.

Да и с принцем Гарри и его супругой Меган Маркл, герцогом и герцогиней Сассекскими, вопрос многими считается открытым. Тем более, скандалистка Меган, собравшая и вынесшая уже немало сора из дома Виндзоров, заявила, что не будет присутствовать на похоронах дедушки своего мужа.

Если говорить о личности ныне покойного принца Филиппа, то можно отметить, что ради брака с Елизаветой он сменил веру (перешел из православия в англиканство), а также был одним из создателей и руководителей (в 1981–1996 годах) такой глобалистской структуры, как Всемирный Фонд дикой природы (World Wildlife Fund, WWF). Последний ныне переименован во Всемирный Фонд природы (World Wide Fund for Nature) — видимо, потому что его борьба за права «дикой природы» оборотной стороной своей оказывалась борьбой… против человечества.

Королева Елизавета II отреагировала на смерть принца Филиппа странной неточностью

Не исключено поэтому, что над могилой принца Филиппа навечно будут витать однажды сказанные им слова:

«Если после смерти я перевоплощусь, то хочу стать смертельным вирусом, который поможет решить проблему перенаселения».

Данное высказывание списывают на экстравагантный юмор покойного, указывая, что точная цитата из его книги «Если бы я был животным», звучит так:

«Мне просто интересно, каково было бы перевоплотиться в животное, численность которого настолько сократилась, что ему угрожает исчезновение. Каковы были бы его чувства к человеческому виду, чей популяционный взрыв лишил его возможности где-то существовать? Должен признаться, что я испытываю искушение попросить о реинкарнации в качестве особо смертоносного вируса».

Но злые языки утверждают, что в одной из бесед он изложил свою мысль именно таким образом, а коронавирусная пандемия 2020 года стала репетицией для «реинкарнации» принца Филиппа, так что теперь человечество, мол, в опасности.

Во всяком случае, голос мужа Елизаветы II веско звучал не только внутри королевской семьи, но и на уровне тех, чьи решения во многом определяют пути развития всего человечества. И его уход из жизни, несомненно, вызовет перебалансировку и внутри дома Виндзоров, и на уровне мировых элит. Это, конечно, усилит вихрь турбулентности вокруг самой королевы. Что в любом случае рискованно, а в ее возрасте — даже более чем.

Оцените статью
ruinfonews
Добавить комментарий